Войти

Забыли свой пароль? Регистрация
Беседы об Австрии
Адольф Лоос

Адольф Лоос

Имя Адольфа Лооса известно в основном искушенным любителям архитектуры. Тем не менее, Адольф Лоос сыграл важную роль в формировании облика не только архитектуры Вены первых десятилетий 1900 столетия, но и в формировании архитектуры в современном ее виде.

В 1900-е годы, когда в мировом сообществе складывались определенные предпосылки для переосмысления существующих стилей – неоклассицизма, историзма и эклектики, несколько авангардных архитекторов в разных уголках не только Европы, но планеты предложили свои идеи по переизобретению стиля и формы новой архитектуры для, ни больше ни меньше, новых людей. В этом отношении австриец Адольф Лоос представляет собой оригинальный пример.

file.jpg

Портрет Адольфа Лооса, 1904

Почему оригинальный? Адольф Лоос славился своей нелюбовью ко всему старому, что в его понимании означало: орнаментальному и в какой-то степени бидермайерскому, мелкобуржуазному. Можно сказать, вся (или почти вся) его архитектурная практика и теория склонялись к пропаганде очищения искусства архитектуры от атавизмов старого, и главным таким атавизмом Лоос считал орнаментальность. В первую очередь, орнаментальность архитектурных фасадов.

Так, в 1913 году Лоос пишет статью под названием “Орнамент и преступление” (Ornament und Verbrechen), в которой, начиная издалека, выносит беспощадную критику первобытных племен, в первую очередь, за их приверженность к татуированию тела. По версии Лооса, татуировать тело – такой же архаизм, как и наносить орнамент на тело архитектурного строения.

«Всякое украшение есть детство человечества», – пишет он, “которое должно быть преодолено, а орнамент — эротический символ, свойственный самой низкой ступени развития человека”. Справедливости ради, сам же Лоос одновременно признает, что именно с желания покрывать собственное тело орнаментом начинается изобразительное искусство (может быть, в противовес тем, кто ведет корни изобразительного искусства к скальным и пещерным фрескам и скульптурам?). “Но человек нашего времени, из внутреннего побуждения покрывающий стены эротическими символами, есть или преступник, или дегенерат” – именно такой выносит приговор архитектор всем неугодным орнаменталистам разгара эпохи модерна.

Парадокс в том, что орнаментальность – чуть ли не главное завоевание стиля модерн, связанное во многом с культурными заимствованиями из восточных культур – с одной стороны, и переоткрыванием Европы собственного средневекового искусства с другой. В этой связи резкая критика Адольфа Лооса орнамента как одного из протагонистов декадентского стиля обнаруживает в австрийском архитекторе не только своего рода нигилиста своей эпохи, но и футуриста. Хотя бы потому, что десятком лет позже французский архитектор Ле Корбюзье введет в обиход стиль “пуризм” (от слова “чистый”), и, опробовав его предварительно в живописных композициях, перенесет чистоту форм в архитектурный язык. Наследственность европейского модернизма (не путать с модерном!), включая и вышеупомянутого Ле Корбузье, и немецкую школу Баухаус, и голландских Нео-пластицистов Адольфу Лоосу – бесспорна. Для всех них, кстати, как и для советских архитекторов авангардной эпохи, вопрос “белого”, “очищенного” от следов старых эпох архитектурного фасада оказывался принципиальным. Именно по признанию Ле Корбюзье, с появлением Лооса «кончился сентиментальный период» и наступила эра пуризма.

Немного биографии.

В 1889 Адольф Лоос прошел службу в армии, после чего перебрался в Вену. Уже в следующем году он приступил к архитектурной учебе в Дрезденском Техническом институте под руководством архитектора Вейсбаха. В 1893 году выпускается из института и сразу же принимает решение отправиться в Северную Америку – к родственнику, который занимался ремонтом часов.

Через 3 года Лоос возвращается в Вену и постепенно вливается в архитектурную практику. Занимался, в основном, интерьерами частных квартир и офисов. И если в ранних его работах еще наблюдается чуть ли не борьба “пуризма” и атавизмов старых принципов организации пространства, то уже поздние интерьеры Лооса сделаны с большей долей рационалистического минимализма. Ранее используемые детали исчезают напрочь. Не в последнюю очередь этот крайний минимализм вдохновила поездка на остров Скирос в 1904 году, где архитектор впервые увидел воочию традиционную “кубическую” архитектуру греческих островов.

file.jpg

Интерьер “Кафе Музей” в Вене

К первым проектам относятся “Кафе Музей” в Вене (1899), Вилла “Карма” в Мотрё (1904), Kärntner Bar в Вене (1908). Первое полностью спроектированное здание Лооса – жилой дом миллионера Штайнера (1910), который архитектор проектировал по принципу "живописно не строить".

file.jpg

Дом Штайнера

file.jpg

Архитектурный план дома Штайнера

Одним из наиболее заметных проектов нельзя не обозначить так называемый “Looshaus” (построен в 1910-1912 годах), первоначально предназначенный для венской портной компании Гольдмана и Салатша, для которых Лоос в 1898 году разработал интерьер магазина. Дом, который сегодня находится по адресу Михаэлерплац 3, был раскритикован современникам за максимально лаконичный фасад, на котором лишь обнаруживаются прямолинейные формы окон и полностью отсутствуют привычные (и полюбившиеся) венской публике лепные украшения, навесы и пр. За сей лаконизм оформления фасада венцы дали дому прозвище "Дом без бровей”. Император Австрии Франц Иосиф I, к слову, настолько презирал здание, что избегал выходить из дворца Хофбург через главные ворота в непосредственной близости от него.

file.jpg

Знаменитый «Дом с бровями»

В 1912 году Лоос основал независимую школу архитектуры в Вене. В мае 1921 года назначен на должность главного архитектора при управлении строительства Вены, разрабатывает планировку районов Лайнц (1921), Хойберг (1923) и Хирштеттен (1921). Но пост главного архитектора Лоос занимал всего лишь год. В 1922 году он вступает в разногласия с Венской общиной, за чем следует снятие обязательств и переезд во Францию до 1928 года.

Значительная работа периода, проведенного во Франции – проект поселка на 20 вилл на французской Ривьере (1923 год). В 1925-26 был создан проект дома-студии известного дадаиста Тристана Цары в Париже. Там же, в Сорбонне Лоос читал лекции по архитектуре и занимался организацией выставок Осеннего Парижского салона. Это был период всемирного признания: помимо Сорбонны, архитектор читал доклады в Штутгарте и Граце, и не переставал при этом проектировать, а также участвовать в конкурсах (например, в конкурсе за создание здания для газеты Chicago Tribune).

Другой показательный проект Лооса тех лет – вилла Мюллер, которую архитектор проектировал в начале 1930-х годов в Праге по заказу миллионера и владельца строительной компании Kapsa and Müller Франтишека Мюллера. Можно сказать, что эта вилла – манифест Лооса, но уже не в тексте, а во плоти, результат его многолетней строительной и интеллектуальной практики. Сегодня таким зданием не удивишь жителя мегаполиса, многие из которых почти испещрены подобного рода скульптурными блоками зданий, преимущественно из бетона. Но для своего времени эта постройка была настоящим прорывом – и разрывом с архитектурой “орнамента”, хоть и не окончательным (тут достаточно вспомнить помпезные проекты в стилистике ар-деко, столь распространившиеся в 1930-е годы).

file.jpg

Фрагмент виллы Мюллер, она же изображена на «обложке» статьи

Кроме лаконизма и работы с формой как таковой, вилла Мюллер воплощает идеи Лооса об экономичности и функциональности. Пространственный дизайн, более известный как Raumplan, проявляется в многоуровневых частях отдельных помещений, указывая на их функцию и символическое значение.

“Моя архитектура задумана не в планах, а в пространствах (кубах). Я не проектирую планы этажей, фасады, секции. — Я проектирую пространства”

— По мотивам интервью Адольфа Лооса (1930)

Последние годы архитектора были, увы, омрачены скандального рода судебными процессами. Омрачало ситуацию ухудшающееся здоровье архитектора: ранние признаки слабоумия, потом последовал инсульт. Лооса не стало 23 августа 1933 года в возрасте 62 лет в Кальксбурге под Веной, где он лечился последний год его жизни. Его прах был вывезен в Вену и захоронен на Центральном городском кладбище, рядом с друзьями и соратниками.

Несмотря на неоднозначность своих воззрений и некоторую скандальность, Лоосу удалось “взрастить” целую плеяду архитекторов, которым было суждено воплощать в жизнь и развивать идеи модернизма таким, каким мы знаем его сегодня.

Источники изображений:

©Thomas Ledl

©Maria Thuroczy

https://www.flickr.com/photos/adamgut/

Дополнительная информация